Ульф Экман - Прославление, поклонение и литургия

ulfekman_2.jpg

В харизматическом пробуждении, которое наблюдалось по всему миру в последние сорок лет, значительную роль сыграло прославление. Везде — от больших конференций до маленьких молитвенных групп — на первый план выступала более свободная форма исполнения песен и поклонения. При этом очень остро ощущалась потребность в том, чтобы и ликовать, и находиться в покое, согласно руководству Духа. Порой посвященность Богу охватывала людей как духовная волна.

Тысячи, даже миллионы верующих переживали явное присутствие Духа, Его дары и прикосновение необычным и глубоким образом. Нет сомнения в том, что — как недавно заметил в разговоре со мной один харизматический католик — это пробуждение является величайшим из всех, какое когда-либо происходило в Церкви по всему миру. Ни одна деноминация, образовавшаяся когда-то давно в прошлом или в наши дни, не избежала этого прикосновения в той или иной степени.

Существует несколько признаков харизматического пробуждения. Во-первых, оно пересекает границы и является экуменическим, и его нельзя удержать в рамках одной деноминации. Оно сосредоточено на Христе. Это означает, что везде, где бы ни подчеркивалась роль Духа, Дух всегда ясно указывал на Иисуса. Пробуждение означало оживление как внутренней духовной жизни, так и живительную простоту и обновление проповеди, а также новую жажду проповедовать и нести Евангелие обычным людям, которые никогда не были на богослужении.
Харизматическое пробуждение сосредоточено на переживании. Человек жаждет пережить духовную реальность, Божье присутствие и истину и обрести непоколебимость по отношению к библейским обетованиям и словам. Все это в равной степени относится и к тому времени, когда большим влиянием пользовались рационализм, критика и отрицание Библии.
Харизматическое пробуждение направлено на мирян. В некоторой степени оно антиавторитарное. В нем существует потребность отделиться от религиозного «истэблишмента», который подчас считается холодным, непреклонным или закостенелым в своих формах. (Рамки данной статьи не позволяют нам исследовать корни международного харизматического лидерства, которое сегодня имеет наибольшее влияние, и посмотреть, кто из его членов вышел из движения хиппи и других молодежных движений. Можно было бы обнаружить следы этого влияния).

Риск недоверия по отношению к сложившимся формам

Харизматическое движение во многих отношениях являлось новаторским. В центре внимания стояли новые методы прославления Бога и новые способы служения людям. Чтобы достичь живой личной веры, оно выступало против того, что воспринималось как застывшие обычаи и бесплодие, а порой и против ортодоксальной теологии. Большое значение имела свобода в формах выражения, и наблюдался скепсис по отношению ко всему не спонтанному. Сильный акцент на личном переживании в настоящем, чувствительности к водительству Духа и неожиданным действиям Бога в жизни людей привели к недоверию к сложившимся формам, историческому процессу и любого рода традициям. Тысячи людей считали, что сосредоточенность на Святом Духе, прославлении и поклонении приносит свободу и духовное удовлетворение.
Но в то же время, как и в ходе любого пробуждения, избежать проблем невозможно. Жажда свободы подчас ведет к презрению по отношению к форме, неизменности и преемственности. Стремление к тому, чтобы все верующие нашли себя, каким бы похвальным и оправданным оно ни было, приводит к неуважению к лидерам, дарам служения, руководству или вообще недопустимости самой мысли иметь кого-то «над» собой. Сильное переживание настоящего может формировать предрассудки по отношению к историческому наследию и безразличие к работе Духа в прошлом. Очевидная спонтанная составляющая в христианской жизни и движении Духа может восприниматься неправильно и приводить к мышлению, которому свойственно недоверие по отношению к любой форме неизменности и организованности. Существующие порядки воспринимаются как насилие над спонтанной жизнью. Например, спонтанные молитвы считаются более «живыми», чем написанные. При этом забывается то, что Иисус использовал 150 записанных молитв, которые сегодня называются Псалтирью.
Индивидуальные переживания отдельного человека и понимание им Библии, которое, бесспорно, является несовершенным и формируется под влиянием отдельных изученных тем и предметов, порождает чрезмерный индивидуализм, которого нет в Новом Завете. Этот индивидуализм неверно истолковывает современность и исторический процесс. Индивидуальное обновление верующего противопоставляется коллективной жизни в церкви, которая представляется вялой, скучной, бесполезной и, в худшем случае, мертвой или даже еретической. Создается четкая граница между отдельным верующим и церковью, и верующие предпочитают лично обращаться к Иисусу и не понимают того, что Он всегда отождествлял Себя со Своим Телом — Церковью.

Когда старое встречается с новым

Невозможно одобрять и принимать все, что совершил Дух во время этого большого харизматического обновления, и в то же время не принимать во внимание человеческие слабости. Один из недостатков – это однобокое мышление, которое способно сформироваться очень быстро. Новое сталкивается со старым. Психологической природе человека свойственно защищаться против обвинений и отстаивать свои духовные достижения. Из-за этого, а также конфликтов, вызванных столкновением нового со старым, порой возникают ненужные предубеждения и некое закостенелое узкое мышление. В однобоком мышлении все упрощается — «они» не правы, а «мы» правы. Все это усугубляется потребностью человека чувствовать себя в безопасности в группе, и эта группа начинает приобретать все большее значение и существует уже не только как фактор психологической безопасности, но и мерило истины. Другие деноминации, движения и группы кажутся чуждыми и угрожающими.

Чтобы защитить себя, им дают упрощенную характеристику, которая зачастую становится критической и предвзятой. Такое отношение свойственно любой группе людей, и, как правило, оно продиктовано стремлением к самосохранению. Его можно и даже нужно осознать, чтобы затем бороться с разными видами его проявления. Человек, каким бы духовным он ни был, несовершенен по своей природе и останется несовершенным, и ему свойственно ошибаться.

Нельзя утверждать, что движения пробуждения всегда во всем были правы, а в исторических обществах всегда все было не так – или наоборот. Пусть это и избитая истина, но все же указать на нее необходимо. Наша духовная незрелость, неуверенность и склонность к коллективному самовосхвалению приводят к тому, что мы снова и снова попадаем в одни и те же ловушки. Описанное мной поведение отражается также на области, которая является темой данной статьи, а именно – прославление, поклонение и литургия.

Во многих кругах пробуждения литургия представляет собой чуждое и вызывающее серьезные подозрения понятие. Зачастую это слово воспринимают как синоним унификации, закостенелости и недостатка жизни и представляют как нечто замшелое и удушающее. Наверное, следует указать на то, что эти утверждения подчас исходят от людей непросвещенных или обладающих поверхностными знаниями о литургии, которые сами не знакомы с литургическими богослужениями. Раздающаяся с их стороны критика в адрес литургии чаще всего вызвана тем, что такая форма служения считается устарелой и что духовные пробуждения, как правило, имеют своей задачей освобождение от всех видов старого религиозного мышления и религиозных форм.

Прославление занимает центральное место

Данная тема имеет много взаимосвязанных между собой сторон. Отчасти это связано с различными взглядами на Библию, историю и природу самой Церкви. Неверный взгляд на творение и инкарнацию, которая сегодня выражается в присутствии Иисуса в Церкви, создает ошибочное представление о прогрессе в истории. Попросту говоря, присутствие Иисуса в истории не замечается, хотя Он действовал в ней все время. Это вызывает проблемы в понимании настоящего и того, какое место занимают движения пробуждения, в чем их назначение и недостатки. Где постоянно старое подменяют чем-то новым, там рождается «заместительная теология».

Истинное назначение настоящей формы и подлинной свободы понимается превратно и нивелируется. В данном вопросе нельзя мыслить «или-или», поскольку это приводит к исключительности, изолированности и поверхностности, что в свою очередь ведет к духовной скудости. Примечательно то, что чрезмерный акцент на действии и назначении Духа, в отрыве от здравой экклесиологии и подлинно христианского взгляда на историю, создает препятствие духовной свободе, приводит к антиномизму (беззаконию), уподоблению миру и поверхностности вплоть до банальности.

Неспособность понять, чем на самом деле является Церковь как во времени (история), так и в пространстве (вселенски), может иметь губительные последствия. Отсутствие правильного отношения каждого верующего к «собранию святых» вызывает разрыв в цепи и нарушает непрерывность в работе Духа в истории. Это приводит к духовному обнищанию, которое в свою очередь создает отчуждение, дезориентацию и неспособность к действиям. На мой взгляд — как бы противоречиво это ни звучало, — потеря связи с историей является одной из основных причин отсутствия истинного пробуждения в наши дни.

Прославление было одной из центральных составляющих харизматического обновления, но во все времена оно также занимало центральное место во всех видах богослужений, какими бы разными способами они ни были построены. Тем не менее нам с вами может показаться, что между этими видами богослужений лежит непреодолимая пропасть, а их приверженцы практически не понимают друг друга. Называя себя христианами пробуждения и радуясь присутствию Духа и свободе, мы все же должны проявлять больше уважения к другим формам поклонения, быть восприимчивыми к ним и больше понимать их, т.к. это способно обогатить нашу духовную жизнь.

Конечная цель спасения – поклонение

Ветхий Завет изобилует примерами, которые четко показывают, что прославление занимает важное и даже центральное место в храмовой службе. Оно было основной частью священнического служения жертвоприношения, которое происходит от выражения «приношение хвалы». Примечательно, что Бог призвал народ Израиля выйти из Египта, чтобы «он совершил Мне служение» (Исх. 4:23). Само избавление из Египта не было самоцелью. Оно было необходимо для восстановления и совершения служения Богу. Иисус выражает горячее желание совершить это истинное служение, когда в Евангелии от Иоанна (4:23) Он говорит: «Но настанет время, и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе».

Учреждение скинии, храма, Церкви и Божьего народа, о котором говорит Библия, имело своей задачей формирование славящего и поклоняющегося народа. Настоящей целью спасения является созерцание Святого и Живого Бога, сердечное восхищение Им, глубокое поклонение и прославление. Весь процесс спасения искупает, возрождает, освящает и создает народ, который прославляет, поклоняется и совершает священническое служение в чистоте и преданности перед лицом Господа. Он отвечает на это Своей любовью, славой и откровением. Сегодня мы славим Господа вместе со всеми святыми на земле. Та часть Церкви, которая находится на небесах, и все воинство небесное из ангелов соединяются с нами в нашей хвале Богу.
Это имеет место не только в отдельно взятых случаях, когда вечность пробивается сквозь завесу времен, как, например, в Вифлееме, когда великое воинство небесное славило и величало Бога, в то время как за этим наблюдали изумленные пастухи. Но это происходит постоянно и в наши дни, а также будет происходить беспрепятственно во всей своей полноте, когда мы все соединимся в вечности на небесной горе Сион с тысячами ангелов и духами праведников, достигших совершенства (Евр. 12:22–23). Тогда все творение достигнет своей наивысшей цели – постоянно, беспрепятственно и бесконечно все больше славить и величать Бога. Все воссозданное и прославленное творение вознесется в единый великий храм, в центре которого находится новый Иерусалим. Божий престол будет стоять в центре вечного и нарастающего поклонения Богу, Который единственно достоин всего этого, триединый Бог во всем Своем несказанном славном величии. Искупленное и прославленное человечество никогда не перестанет наслаждаться Богом. Созерцание Творца будет происходить вовеки. Прославленная

Церковь не сможет до конца выразить свою вечно обновляющуюся любовь к Тому, Кто приобрел ее собственной Кровью. Хвала будет вовеки достигать новых вершин, а благодарность не будет знать границ, потому что Божья сердечная милость обновляется и умножается постоянно. В центре всего этого находится Агнец, Который был заклан до основания мира.
Непрерывное богослужение на небесах

Некоторые теологи считают, что основное устройство вселенной отражает устройство храма. Когда говорится о том, что Бог почил на седьмой день, сотворив до этого небо и землю, то используется еврейское слово «почивать». Как правило оно встречается в тех случаях, когда Господь наполняет Свой храм Своей славой. В действительности оно означает, что Бог не просто передохнул после интенсивной работы и набирался сил, но Он установил Свой престол и присутствие в Своем храме, которым и является Его творение.
События конца света, описанные Книгой Откровение, происходят на фоне небесного богослужения. Периоды земных событий постоянно переплетаются с бурной небесной активностью, сосредоточенной вокруг Божьего престола, на который изливается хвала. Нет сомнения в том, что построение и содержание Книги Откровение уходит корнями к литургии еврейской храмовой службы. Это говорит нам о нескольких вещах. Во-первых, сегодня на небесах действительно происходит непрерывное богослужение. Во-вторых, ветхозаветная храмовая служба с ее литургией переходит в новозаветное духовное храмовое служение с теми же строительными камнями.

Неудивительно, что Павел и Петр говорят этими категориями, когда описывают свои жизни и свои задачи, используя образ служения священника (Рим. 15:16,1 Петр. 2:5). Они понимали, что храмовая служба, с ее жертвоприношениями, поклонением, хвалой и задачами священника, получила продолжение в церкви. Но в чем заключалось это продолжение? В повседневной жизни верующих, но не в меньшей степени и в литургии, которая образовалась в богослужении, скоро стала задавать тон и заняла центральное место в жизни церкви.
Древняя церковь была церковью, совершающей богослужение. В ней центральное место занимали хвала, поклонение и прославление, потому что это проистекало из того главенствующего места и роли, которые отводились еврейскому храму. То же уважение, восхищение и посвящение, которые отличали еврейский народ в его отношении к храмовой службе, характеризовало Церковь в ее отношении к богослужению.

Это считалось само собой разумеющимся, но сегодня это почти что утратилось даже в среде пробуждения. Вместо этого повышенное внимание стало уделяться отдельному верующему, какой-либо группе верующих, деятельности и переживаниям, отдельным собраниям пробуждения, а не совместной духовной храмовой службе Божьего народа, которая заключается в прославлении и поклонении. Храмовая служба Божьего народа – это и есть его литургия.

У всех собраний есть литургия

Как я уже отмечал ранее, многие из нас ставят под сомнение слово литургия как понятие. Зачастую его лишают истинного смысла, и сегодня литургия выступает синонимом всего мертвого, сухого и формального, однако она таковой не является. В своем привычном значении слово литургия, как правило, воспринимается как жесткий, формальный порядок богослужения. На самом же деле суть литургии заключается в том, чтобы принимать, молиться, петь и жить в Божьем Слове и позволять Божьему Духу вести нас вместе в Божье присутствие, к Его престолу.

Необходимо подчеркнуть, что все богослужения, собрания и духовные встречи имеют определенную форму литургического порядка, какими бы свободными они ни считались. Все богослужения начинаются и заканчиваются тем или иным способом. Независимо от порядка или его отсутствия, определенные составляющие собрания встречаются всегда и везде. Как правило, зачитываются слова из Библии, совершаются молитвы либо громкие, либо молчаливые. Существует также определенный вид исповедания или утверждения веры, например, исповедание грехов или отречение от них. Иногда молитва имеет свободную форму, а иногда заготовленную. Иногда происходит индивидуальная ходатайственная молитва с возложением рук, а иногда она бывает коллективной. На собраниях есть определенная форма проповеди или толкования Слова, в более подробной или краткой форме. Поются песни, псалмы или духовные песнопения, исполняемые отдельными верующими или всеми собравшимися. Иногда звучит соло, иногда выступает хор, иногда поет вся церковь, а иногда только солисты. Вечеря и крещение тоже являются неотъемлемыми составляющими собрания. В той или иной форме непременно присутствует пожертвование.

Если перестать обращать внимание на частности, то можно увидеть, что у большинства богослужений, несмотря на все их разнообразие, существует много общего. Основными составляющими являются молитвы, чтение библейских текстов, пение, проповедь, Вечеря, исповедание грехов или исповедание веры встречаются всегда, но в различных формах в зависимости от особенностей деноминации. Несмотря на все многообразие форм, эти составляющие являются основополагающими для каждого богослужения, и так было всегда. В какой бы свободной форме ни проводилось собрание и какая бы роль ни отводилась различным составляющим, все равно всегда, даже у самых «свободных» церквей, существует некий порядок служения. Таким образом, определенный вид литургии встречает везде, даже в самых «наименее литургических» деноминациях. Все дело не в существовании литургии как таковой, а в том, как образовалась и сформировалась эта литургия. Иными словами, насколько эта литургия является библейской и вдохновленной Духом.

Литургия – это служение Божьего народа

Слово «литургия» происходит от греческого слова leitourgia. Оно означает «публичная работа», «служение народа», «служение для народа», «выполненное публичное поручение народа». В Новом Завете это слово встречается несколько раз: Евангелие от Луки (1:23), Послание к Римлянам (15:16), Послание к Евреям (8:2, 6; 10:11), Послание к Филиппийцам (2:17), Деяния Апостолов (13:2) и др. Иногда это слово переводится как богослужение, иногда как служение. В Деяниях Апостолов (13:2) говорится, что верующие собрались, чтобы служить Господу: «Когда же они служили Господу и постились, Дух Святой сказал…» Таким образом, литургия является служением Божьего народа, его публичной задачей, которая заключается в том, чтобы славить, хвалить и величать Бога. Она обязательно должна быть обращена к Нему. Ее центром и целью является Он и только Он. Это может служить одним из объяснений, почему литургия вызывает такое противление.

Сегодняшнее христианство становится все более потребительским, оно требует хорошего уровня сервиса и сосредоточено на том, чтобы в первую очередь послужить себе, а не Богу. Для многих смысл богослужения – собрания – заключается в том, чтобы в первую очередь получить что-то самим, а не отдать от себя. Мы стали антропоцентричными, а не теоцентричными. Бог становится в первую очередь Даятелем, а не Тем, Кому нужно поклоняться и служить. Если мы не переживаем на богослужении ничего особенного, то делаем вывод, что собрание не было «хорошим».

Необходимо отметить, что обряд – это нечто отличное от литургии. Некоторые люди любят обряды и получают удовольствие от их эстетической составляющей. В своей книге «Литургик» К.Г. Мартлинг говорит: «Литургия – это теологическое и религиозное понятие, каковым не является обряд. Обряд – это прежде всего что-то, за чем наблюдают. Литургия – это нечто, в чем участвуют активно, чтобы ее создать. Обряд предполагает пышность, блеск, строгий такт, ритм и симметричность. Именно поэтому объектом особого внимания является эстетическая составляющая. Обряд предназначен для глаз, зачастую имеет своей целью произвести впечатление и создать ощущение праздника и красоты. То, что он подчеркивает по отношению к зрителю, скорее дистанция и отдаленность. Но с литургией все как раз наоборот. Ее задача – донести послание и быть проповедью… Содержание литургии – это христианское учение». В этих словах содержатся несколько интересных наблюдений. Любое настоящее богослужение проистекает из откровения, и им руководит Дух Святой, Который способствует участию верующего в происходящем духовном процессе. Верующий принимает самое активное участие, а не является простым наблюдателем.

Цель прославления – Сам Бог

Когда Святой Дух формирует и ведет служение верующих как священников перед Богом, оно становится живым и сильным. Создается ощущение, будто небо и земля сливаются воедино, а все верующие соединяются во времени и пространстве посредством священнического служения в Теле Христа. Формы и рамки существуют в служении не для того, чтобы мешать богослужению или делать его привлекательным в эстетическом плане. Следует отметить, что Бог, сотворивший вселенную и создавший ее такой прекрасной, не имеет ничего против того, чтобы на наших богослужениях было красиво. Мнительность по отношению ко всем внешним вещам, свойственная протестантским и независимым церквям, порой рождала довольно безликие, серые и непривлекательные церкви. Нам необходимо возродить веру в первый пункт Символа веры, в Бога как Творца, и осмелиться признать, что Господь способен прикасаться к нашим органам чувств.

Литургия в духовном и библейском значении не является средством получения удовольствия, но представляет собой одно из данных Богом средств воспитания, с помощью которого можно повести верующего вместе с другими пред лицо Бога в прославлении и поклонении. Присутствие и участие – это два ключевых слова.
В связи с этим возникает вопрос, почему мы не пользуемся этими вспомогательными средствами, если Господь предоставил их в наше распоряжение.
Главной целью и назначением прославления является Сам Бог. По своей природе оно обращено к Богу, а не к человеку. Как бы ни отличалось прославление по форме и характеру, если оно утратит это назначение, то превратится в пародию.

Нужно постоянно помнить о том, что для музыкантов существует опасность превратиться в эстрадных артистов. Музыка имеет огромное влияние на людей, и сегодня она является одним из самых распространенных средств удовольствия и развлечения. В кругах пробуждения всегда высоко ценилась способность современной музыки привлекать людей, поэтому она использовалась в целях евангелизации. Основатель Армии спасения Вильям Бут известен своим высказыванием о том, что дьявол не должен красть лучшие мелодии. Именно это побуждало его, а также христиан более поздних времен заимствовать мелодии светских песен и писать к ним христианские тексты.

Не останавливаясь подробно на этой теме, можно сказать, что евангелизация – это одно, а поклонение – нечто совсем другое. У них различные формы, назначение и характер, и их нельзя смешивать. Существует определенный риск – ограничить назначение музыки и сделать ее лишь средством евангелизации или, что еще хуже, просто развлечением. Сегодня во многих христианских деноминациях существует необходимость в ясности и глубоком обновлении в вопросах характера прославления и его направленности.

Понимание нашего священнического служения

Истинное поклонение превозносит не поклоняющегося, а того, кому поклоняются. Поклонение не развлекательная программа, а нечто совсем другое. В независимые церкви проникли совершенно чуждые взгляды по этому вопросу, что выражается в чрезмерной индивидуализации музыкантов и певцов, приводя порой к тому, что они чуть ли не становятся идолами. В неменьшей степени то же самое относится и к проповеди. Поскольку музыка заключает в себе множество составляющих, существующих и в мире, и оказывает непосредственное влияние на чувства, здесь кроется серьезная опасность.

Возможно, никогда ранее не существовало более острой необходимости в том, чтобы музыканты стали истинными поклонниками. Речь не идет о музыкальном стиле в первую очередь, хотя и в этом отношении необходимо духовное воспитание и чувствительность. Прежде всего, церковь должна быть способна понимать место и назначение музыки. Чтобы музыканты прежде всего считали себя священниками, требуется духовная зрелость. Служение прославления обязывает музыкантов распять собственные амбиции и потребность во внимании и внешнем успехе. По сути это смерть ради чего-то большего, где собственный дар является лишь крупицей и не получает всего внимания, а вместо этого служит Богу ради того, Кто Он есть, а не что Он дает.

Когда восстанавливается Тело Христа, то особым источником вдохновения является новозаветное время, которое изобилует образцами и примерами для нас. В неменьшей степени это относится и к проповеди, к созиданию церкви, к миссии и прославлению. Порой нам кажется, что мы мало что можем почерпнуть оттуда о музыке как таковой. Библия не справочник, из которого получают информацию, но подлинное и в то же время краткое повествование о рождении и распространении Церкви. В Новом Завете опущено много деталей из жизни Церкви, что указывает на то, что Дух предоставляет большую свободу и возможности для творчества и оставляет место для многогранности. Но уже в Новом Завете, не говоря о бесчисленных примерах в Ветхом Завете, существуют примеры гимнов и песен. Часть второй главы Послания к Филиппийцам, где описывается кеносис Иисуса – Его обнищание и унижение ради нас, — тоже представляет собой гимн. Мы видим также, что Иисус завершает Пасху песней прославления (Матф. 26:30). Эта песня представляла собой отрывок из Псалтири. Псалмы 112–113 исполнялись накануне Пасхи, а Псалмы 114–117 пелись после трапезы. Во всем этом прослеживается более четкая форма, чем мы порой осознаем.

Отсутствие противоречия между формой и свободой

С тех пор как родилась Церковь, в ней всегда присутствовали четыре компонента, на которые указывают Деяния Апостолов (2:42). Это: 1) учение апостолов, 2) общение, 3) преломление хлеба (Вечеря) и 4) молитва. Все это с самого начала существовало в качестве составных частей богослужения. Оно строилось вокруг Слова, Вечери, молитв и общения. Выражение «молитвы» не было общей фразой, которая означала любые молитвы в любое время. Из еврейского богослужения в храме и синагоге совершенно очевидно, что там присутствовали песни прославления, поклонение, совершались молитвы плача и мольбы из Псалтири. Причем молитвы произносились в предписанное время. В Деяниях Апостолов (3:1) говорится: «Петр и Иоанн шли вместе в храм в час молитвы девятый». Таким образом, там произносились написанные молитвы отцов.

Это вовсе не означает, что не существовало спонтанных молитв. Мы находим пример таких молитв в Деяниях Апостолов 4, когда молилась вся церковь, а также когда верующие собрались и молились за Петра, заключенного в темницу (Деян. 12:12). Примечательным в молитве в Деяниях Апостолов (4:23–30) является то, что она изобилует библейскими цитатами и, вероятно, записана для того, чтобы служить образцом молитвы для нас. В результате этой молитвы сотряслось все то место и собравшиеся исполнились Святого Духа. Верующие молились на основании Писания и с помощью Писания, которым для только что родившейся Церкви был, конечно же, Ветхий Завет. Согласно учению апостолов, его нужно толковать христологически.

Очевидно, что Христианская церковь не отделяла себя от еврейской литургии, в которой были воспитаны верующие, и в духовном отношении ей вовсе не препятствовали слова Писания или заготовленные молитвы. Напротив, Библия описывает, как верующие участвовали в динамичном духовном процессе. Сегодня мы обращаемся к Новому Завету за руководством по вопросам новозаветной жизни и силы. Опираясь на Новый Завет, мы совершенно справедливо можем приводить доводы в поддержку того, что сегодня Церковь должна иметь такую же духовную жизнь и силу, чудеса и знамения. Но почему-то мы никогда не используем в качестве примера структурированную молитвенную жизнь Первой церкви. Нам следовало бы принять во внимание этот недостаток. Бесспорно одно – богослужение существовало в рамках еврейской синагоги, что стало основой для родившейся Церкви. Верующие того времени не видели противоречия между формой и свободой, которое мы порой подчеркиваем. Напротив, у них была модель, которая давала им стабильность, непрерывность и свободу для жизни Духа.

Форма обеспечивала устойчивость и здравость благодаря постоянному чтению Слова и совершению молитв. Это препятствовало однобокости, которая подчас ощущается в харизматических церквях. В своем стремлении к спонтанности мы с легкостью зацикливаемся на одних и тех же песнях и однообразной проповеди на одни и те же излюбленные места Писания.

Апостольские отцы были структурно организованы, но свободны

Если рассматривать ранний период после апостолов, то можно увидеть тот же образец. Существует миф, будто в начале Церковь была спонтанной и свободной и будто под влиянием императора Константина в четвертом столетии она стала литургичной и закостенелой. Этот миф, бережно хранимый некоторыми либеральными теологами, например, фон Харнаком, усиленно поддерживается даже в кругах пробуждения. Он стал основным орудием критики в адрес исторических деноминаций, которые будто бы исказили простое Евангелие и свободную, спонтанную форму богослужения.

Придерживающийся таких убеждений будет сильно удивлен, если прочитает о ранних апостольских отцах и обнаружит, что у них была четкая структура, но это нисколько не влияло ни на свободу Духа, ни на Его силу. Можно получить настоящее откровение, если увидеть, что многие из молитв, произносимых сегодня на богослужениях в исторически сложившихся церквях, на самом деле уходят корнями к апостольским временам и раннему периоду после апостолов. Один из примеров молитв во время хлебопреломления можно найти в Дидахе (Учение двенадцати апостолов), написанном в 80–90 гг. н.э. Вот один из таких примеров: «Как сей преломляемый хлеб был рассеян по холмам и собранный вместе стал единым, так и Церковь Твоя от концев земли да соберется в царствие Твое, ибо Твоя есть слава и сила чрез Иисуса Христа во веки» (глава 9)1.
Испытываешь особый трепет, когда понимаешь, что христиане, возможно во время гонений, в течение первого столетия молились так, когда собирались на богослужение.

Еще одним пример можно почерпнуть у Иустина Мученика (около 150 г. н.э.). Он красноречиво описывает служение хлебопреломления: «В так называемый день солнца бывает у нас собрание в одно место всех живущих по городам или селам; и читаются, сколько позволяет время, сказания апостолов или писания пророков. Потом, когда чтец перестанет, предстоятель посредством слова делает наставление и увещание подражать там прекрасным вещам. Затем все вообще встаем и воссылаем молитвы. Когда же окончим молитву, тогда, как я выше сказал, приносится хлеб, и вино, и вода; и предстоятель также воссылает молитвы и благодарения, сколько он может. Народ выражает свое согласие словом — аминь, и бывает раздаяние каждому и приобщение даров, над коими совершено благодарение, а к небывшим они посылаются через диаконов. Достаточные же и желающие, каждый по своему произволению, дают что хотят, и собранное хранится у предстоятеля: а он имеет попечение… о всех нуждающихся…»2

Какой восторг испытываешь от описания воскресного богослужения, которое проходило более 1850 лет тому назад где-то в Римской империи и основные элементы которого очень похожи на те, что есть в наших богослужениях сегодня.

И пробуждение, и преемственность

К четвертому веку сформировалась общепринятая литургия, которая, с некоторыми отступлениями, использовалась по всему существовавшему миру всей в то время неделимой Церковью. Литургия брала свое начало в синагоге и учении апостолов, и она проходила во всех местах всемирной Церкви. Необходимо задать себе вопрос о том, не было ли это процессом, вдохновленным Святым Духом, так же как миссия, созидание Церкви, проповедь и в неменьшей степени создание церковного канона (прошло несколько сотен лет, прежде чем был окончательно составлен Новый Завет).

Если литургия, прославление и поклонение действительно были частью единого духовного процесса, которым руководил Святой Дух, то возникает вопрос, почему сегодня во многих местах она не используется. Пришло ли на ее место что-то лучшее, более богатое и больше отвечающее нуждам современных людей? И, наоборот, не произошла ли утрата глубины и оскудение? А может быть, имело место освободительное упрощение? Может ли быть так, что существуют сокрытые богатства, которые мы, харизматы, просто упустили? Нет ли в прославлении и поклонении таких сокровищ, которые давно даровал Дух? Не сделал ли Дух Святой это для того, чтобы ввести людей в более полноценное богослужение и более глубокие библейские отношения с Богом? Не утратились ли эти сокровища из-за неверной экклесиологии, ошибочного взгляда на историю и Библию?

Мне вспоминается, насколько я был удивлен, когда впервые посетил церковь доктора Йонги Чо, которая сегодня является самой крупной пятидесятнической харизматической церковью в мире. Члены этой церкви достигли невиданного роста благодаря мощной евангелизации. Звук молитвы был просто потрясающим, верующие ночи напролет молились о возрастающем пробуждении. Можно было наблюдать постоянный поток чудес и сверхъестественных действий от Бога. Когда мы сидели на одном из многочисленных богослужений, все неожиданно начали читать апостольский Символ веры, потом зачитывались определенные стихи из Библии, исполнялся «Отче наш» и над народом произносилось благословение. Поговорив с пастором Чо, я понял, что корейцы действительно жаждут пробуждения, но они также хотят преемственности и торжественности. Одно не исключает другого.

Иисус как литургия нового завета

Послание к Евреям (8:2, 6) говорит об Иисусе как Священнике нового завета, Который совершает Свою литургию на небесах сегодня. Точно так же, как существует необходимость хранить учение апостолов (Иуд. 3), так существуют серьезные основания для преемственности в нашем поклонении, которую мы в наших кругах пробуждения признавали недостаточно. Если Иисус Христос есть священнодействователь (Евр. 8:2), то Он продолжает Свою работу через Свое Тело, Церковь. Тогда не только мы молимся Ему, но и Он посредством Духа молится через нас. Когда мы собираемся вместе в Его имя, Он присутствует более глубоким образом, чем мы себе представляем. Небеса присутствуют ближе и больше, чем нам кажется. В небесной литургии, служении, которым Он руководит и которое описывает Книга Откровение, небеса соединяются со служением земной Церкви. Чтобы постичь это, необходимо понять Его присутствие и Его непрекращающееся служение как на небе, так и на земле, и то, как вечность и время соединяются друг с другом, когда мы славим Его.

В связи с этим необходимо задать себе вопрос о том, стали ли в наше время богослужения более свободными и духовными, или они сделались бедными и поверхностными. Можно ли быть настолько уверенными в том, что совершаемое нами и есть полнота всего, что Дух хочет выразить через богослужение на земле? Не являются ли наши формы служений пустой подделкой чего-то, что когда-то было глубоким и богатым? В таком случае нам придется вернуться к истокам, найти корни и обрести утраченное. Тогда соединятся время и пространство, историческое и настоящее, свобода и форма, время и вечность, и во всем этом будет действительно присутствовать и получать всю славу Иисус Христос. Тогда верующие станут настоящими поклонниками в духе и истине, обладающими как харизматической свободой, так и глубиной того, что Дух являл на протяжении веков.

Ульф Экман